Глава 1

Дхритараштра сказал:

1. На поле дхармы , на поле Куру сошедшиеся для битвы, что сделали мои и Пандавы, о Санджая?

Санджая сказал:

2. Увидев тогда выстроившееся войско Пандавов, Дурйодхана , подойдя к своему наставнику , о раджа, слово промолвил.

3. Виждь, о наставник, эту огромную рать сынов Панду, выстроенную сыном Друпады, твоим понятливым учеником.

4. Здесь герои, великие лучники, Бхиме,Арджуне они равны в битве: Ююдхана , Вирата и Друпада , великий витязь,

5. Дхриштакету, Чекитана и могучий раджа Кеши , Пуруджит , и Кунтибходжа , и Шайбья , бык среди людей .

6. И удалой Юдхаманью , и могучий Уттамоджа , сын Субхадры , и сыны Драупади , все—великие витязи.

7. И наших также отличнейших узнай, о дважды рожденный, вождей моего войска; для сравненья я назову тебе их;

8. Ты сам, господин, и Бхишма, и Карна, и победоносный Крипа, Ашваттхаман, и Викарна, а также сын Сомадатты.

9. И многие другие витязи, ради меня покидающие жизнь, владеющие различным оружием, все опытные в битве.

10. Недостаточна все ж наша сила', водимая Бхишмой. Их же достаточна сила, водимая Бхимой.

11. Поэтому вы все, стоящие по чину кругом, охраняйте всячески Бхишму , порознь и вместе.

12. Чтобы возбудить его бодрость, старший из куру, родоначальник, полный доблести, задул в раковину, громко поднимающую львиный рев,

13. Тогда разом зазвучали раковины, литавры, бубны, барабаны, трубы - этот звук был громоподобным.

14. Тогда, стоя на великой колеснице, запряженной белыми конями, Мадхава и Пандава - оба затрубили в божественные раковины,

15. В Панчаджанью - Хришикеша, в Дэвадатту - Дхананджая , а страх наводящий Врикодара дул в большую раковину Паундру ;

16. В Анантавиджаю, о раджа - сын Кунти, Юдхиштхира, Накула и Сахадэва - в Сугхошу и Манипушпаку.

17. Великий лучник, князь Кеши , великий витязь Шикхандя и Дхриштадьюмна, и Вирата, и потомок Сатьяки непобедимый.

18. Друпада и все потомки Драупади, о владыка земли, долгорукий сын Субхадры - один за другим задули в раковины.

19. Этот клич раздирал сердца сынов Дхритараштры, рокотом наполняя небо и землю.

20. Тогда, увидев выстроившихся сынов Дхритараштры, - уже началось стрелометанье – Пандава - Капидхваджа, подняв лук,

21. Промолвил тогда слово Хришикеше, о властитель земли.

Арджуна сказал:

Между двух войск останови мою колесницу, Ачьюта ,

22. Чтобы мне рассмотреть этих предстоящих, жаждущих битвы, с которыми мне нужно сразиться в этом возникающем бою.

23. Я узнаю готовящихся к сражению витязей, которые там сошлись, намереваясь исполнить злокозненного сына Дхритараштры волю.

Санджая сказал:

24. При этих словах Гудакеши Хришикеша, между двух войск отличнейшую колесницу остановив, о Бхарата,

25. Перед лицом Бхишмы, Дроны и всех царей воскликнул; - «О Партха , смотри на этих собравшихся вместе куру!»

26. Тогда Партха увидал отцов и дедов, наставников, дядей, братьев, сыновей, товарищей,

27. Тестей и друзей, стоящих в обеих ратях, Каунтея , Увидев всех этих присутствующих родственников,

28. Пораженный глубочайшим состраданием, скорбящий, так промолвил.

Арджуна сказал:

При виде этих наших родственников, Кришна, сошедшихся для битвы,

29. Подкашиваются мои ноги, пересыхает рот, трепещет мое тело и волосы становятся дыбом.

30. Гандива выпадает из рук, и кожа кругом пылает; я не в силах стоять, разум мой колеблется.

31. Я замечаю зловещие знаменья, Кешава, и не вижу блага от убийства своих родных в бою.

32. Я не желаю победы, Кришна, ни царства, ни удовольствий; что нам в царстве, Говинда, что в наслаждениях и в жизни?

33. Те, ради кого желанны нам царство, счастье, услады, находятся в этой битве, покидая и жизнь, и богатства:

34. Наставники, отцы, сыны, деды, тести, внуки, шурины и свойственники.

35. Не хочу убивать их, если и буду убитым, Мадхусудана, даже ради власти над тремя мирами, тем менее ради обладания землей.

36. После убийства сынов Дхритараштры, какая будет у нас радость, Джанардана; мы впадем в грех убив их, грозящих оружием.

37. Поэтому не подобает нам убивать сынов Дхритараштры, своих родственников; ведь убив свой род, как сможем мы быть счастливы, Мадхава.

38. Если же эти своекорыстием пораженные души не видят греха, совершаемого (при) уничтожении рода и в злодействе вероломства, -

39. Как не понять нам, постигающим зло поражения рода, что нам, Джанардана, от такого греха, отрешиться надо?

40. При убийстве рода погибают непреложные законы рода, с гибелью законов беззаконие овладевает родом,

41. С воцарением беззакония, Кришна, развращаются женщины рода, с развращением женщин, Варшнея, возникает смешение каст,

42. Когда же произойдет смешение, то убийцы рода и род попадут в ад, ниспадают также отцы их, лишенные жертвенных галушек и возлияний.

43. Грехом этих убийц рода, совершающих смешение каст, упраздняются незыблемые законы племени и семьи вековые устои.

44. Для людей, уничтоживших родовые законы, Джанардана, ад является обиталищем, так сказано (в Шастрах).

45. Увы, увы, великий грех собираемся мы совершить - ради вожделения радостей царства убить своих родственников,

46. Если бы меня, не сопротивляющегося, безоружного, убили в битве вооруженные сыны Дхритараштры, мне было бы отрадней.

Санджая сказал:

47. Это сказав, Арджуна в размышлении опустился на дно колесницы, выронив стрелу и лук; его ум потрясен был горем.

ТАК В ДОСТОСЛАВНЫХ УПАНИШАДАХ СВЯТОЙ БХАГАВАДГИТЫ, УЧЕНИИ О БРАХМО, ПИСАНИИ ЙОГИ, В БЕСЕДЕ ШРИ-КРИШНЫ И АРДЖУНЫ (ГЛАСИТ) ПЕРВАЯ ГЛАВА, ИМЕНУЕМАЯ ЙОГА ОТЧАЯНИЯ АРДЖУНЫ


От переводчика

Глава I. Первое слово Гиты сразу же вводит в Круг идей, развиваемых произведением. Действие происходит не просто на поле битвы, но на поле Дхармы, Закона, где сами боги совершали жертвоприношения. «Поле Куру» - реальное географическое место, где по преданию происходила знаменитая битва. В истории Индии оно аналогично «Куликову полю» в истории нашего отечества. Здесь, как на острие меча, взвешивались исторические судьбы Индии, судьбы всего человечества, так верят индийцы, ибо именно с этого момента начинается мрачный период «Калиюга».

С первого слова Гита вводит нас в систему своих символов: поле дхармы, «поле чести», долга и закона необходимо понимать не только, как определенную местность, но и как символ жизни вообще, как поле деятельности и борьбы человека; вступая на него, он должен задать себе вопрос о нравственности. Символ поля, как жизни, области деятельности, встречается у многих народов и в разные эпохи.

Учитель руководит колесницей ученика, который есть он сам. Характерна черта, развиваемая Махабхаратой и безмолвно принимаемая Гитой: Дурйодхана выбрал физическую силу несметных полчищ, Арджуна же выбрал помощником Кришну, но только как нравственную силу, ибо Кришна участвует в битве только как руководитель, а не как физический исполнитель. Более того, Арджуна оказал, что он не хочет физической помощи Кришны, а только нравственной, так как стремится сам заслужить славу победы. И Кришна одобряет такую установку ученика.

Таким образом, в поэме символически изображена трагедия жизненной борьбы, рассматриваемая в аспекте нравственной задачи. Джива (индивидуальное «я») руководится в разрешении этой трагедии им же самим, но только бесконечно большим, обладающим «космическим» сознанием «Я» - Бхагаваном-Кришной. Вот почему так настойчиво подчеркивается тождество Кришны и Арджуны.

После нескольких слов вступления, посвященного эскизам главных действующих лиц Махабхараты: слепого Дхритараштры, родоначальника Куру; Санджаи «милостью Вьясы», получившего дар ясновидения, способность экстаза, в котором он может воспринимать «святую беседу Кришны и Арджуны»; злоказненного Дурйодханы, своей злой волей стянувшего на погибель весь род Куру и Пандавов; деда Куру, величавого Бхишмы, дающего сигнал начинать битву, и других более второстепенных лиц - поэма показывает колесницу Арджуны, влекомую белыми конями под управлением Кришны. На колеснице стоит Арджуна, «утренняя заря», белый, то есть проявленный джива, руководимый Черным (Кришна) из глубин непроявленного. На колеснице Арджуны - Капидхпаджа, то есть знамя с изображением Ганумана, первого бхакты и преданного воина Рамы, как и сам Арджуна - великий бхакта и преданный воин Кришны. Как некогда Гануман самоотверженно служил владыке Раме в силу большой любви, так и сейчас Арджуне надлежит реализовать то, что уже в принципе совершено Шри-Кришной, неустанно деятельным Пурушоттамой.

Битва началась, полетели первые стрелы. Но вот Арджуна обращается к водителю с просьбой остановить колесницу: перед решительным моментом он хочет в последний раз окинуть взором поле борьбы и еще раз взвесить.

Кришна повелевает: «Смотри на этих собравшихся Куру!». Как в фокусе луча собрались здесь «нити кармы» рода, и прошлое встает своих созревших, а потому уже неизбежных воплощениях; будущее прозревается в «ужасных, неясных образах», «зловещих знаках», смущающих Арджуну; а настоящее всегда бывающая и никогда не существующая вихревая точка (вритти) в волнах космического сознания (читта), сгустилось в чудовищное кровавое пятно, в рев, «наполняющий небо и землю» и вселяющий ужас в сердца присутствующих.

Волна ужаса охватывает и тело Арджуны, в трепете он роняет лук и стрелы; оружие богов—Гандиву; и с пересохшими губами, едва держась на ногах, обращает к Бесстрастному слова протестующей молитвы, святого кощунства, осуждения Законодателя и Судьи во имя Закона.

Ни победы, ни наслаждения, ни счастья, ни даже жизни Арджуни не желает. Совершается братоубийственное дело, попирается снятой Закон человечности, веками охраняющий жизнь рода. Сдвинулась с места Основа, рушится все: праотцы падают в изнеможении, лишенные жертв, женщины рода, носительницы будущего, развращаются и должны понести от предателей и преступников трижды проклятое потомство, не заслуживающее ничего иного, как пребывания во мраке преисподней, запечатленное всеми мыслимыми сквернами, всеми печатями преступления законов, исконных обычаев, правды человеческой, носимой каждым в сердце. И если противники, чьи души помрачены неведением, чьи сердца опьянены вожделением, не видят преступления в этом братоубийстве, то тем более ответственны те, кто предусматривает неизбежные последствия: ужас, мрак братоубийства, мерзость из мерзостей - оскорбление и убийство гуру падет на тех, чьи глаза открыты, которым уже здесь будут осуждены есть пищу, обагренную братской кровью, пролитой их собственной рукой.

Бессилие, отчаяние и боль, проникающие до самых глубин души. овладевают Арджуной, и, рыдая, он опускается на сидение колесницы со словами: «Не буду сражаться».

Так начинается в Гите трагедия Человека, пришедшего к отрицанию мира, оскверненного злом. Где же правда, как можно довериться каким-либо словам, чувствам, когда все - зло, обман, иллюзия и единственная надежда, единственная светлая точка в этом мире мрака и отчаяния - нравственность (Святой Закон, Дхарма), на которой держится все, - разрушено?

Пусть Дхарма попирается вовне, пусть гибнет моя жизнь — что еще не трагедия. Но когда внутри меня начинаются раздирающие Душу противоречия, когда затемняется Светлый Лик в моем сердце, тогда помрачается сознание, и вопль «де профундис» поднимается. Кровавая мука самим собой покинутого Человека. Сознание Арджуны помрачено отчаянием, и он умоляет Учителя наставить его.

Комментарии

В первой главе дается описание начала битвы. Приведены имена участников и расстановка боевых сил. Для нас наиболее интересным является описание психологического состояния, в котором находится Арджуна.

Это сильный и опытный воин впал в состояние отчаяния из-за того, что ему придется сражаться с ближайшими родственниками. Он явно видит все последствия этой битвы и прекрасно понимает, что в ней не будет победителей. Все устои общественного порядка будут разрушены братоубийственной войной. Отсюда проистекает его душевное смятение.

Находясь в таком состоянии человек способен сделать коренную переоценку своих жизненных ценностей. В этой психологической точке у него открываются уши и он начинает слышать вещи, которые раньше не воспринимал. Это состояние нельзя вызвать искусственно. Сам ход жизни должен привести человека к такому положению дел. Это состояние появляется как результат духовного развития и глубокого переживания о смысле жизни.

Аналогичное психологическое состояние описывается и в христианстве. Лук.14.26. Если кто приходит ко Мне и не возненавидит отца своего и матери, и жены и детей, и братьев и сестер, а потом и самой жизни своей, тот не может быть моим учеником. А также Матф.10.35. Ибо пришел разделить человека с отцом его, и дочь с матерью ее, и невестку со свекровью ее. Матф.10.36. И враги человеку – домашние его.

Здесь не предполагается, что человек сознательно начнет взращивать в себе ненависть к своим ближним. На примере Арджуны видно, что такая ситуация возникла в силу естественного хода событий в результате борьбы за престол. В обычной жизни такая ситуация не обязательно должна выливаться в кровавое противостояние. Постоянный поиск истины и путей духовного развития приводят человека к пониманию, что все его обыденные человеческие заботы о ближних и самом себе не дадут ему желаемого результата. Это не теоретический вывод, который надо усвоить из практики, а результат конкретной повседневной заботы о благополучии себя и своей семьи, дополненный таким же постоянным поиском смысла бытия.

Невозможность решить проблему духовного развития через нормы традиционной морали порождает в человеке глубокий душевный кризис, описание которого и приведено в данной главе.

SPONSOR